Меню

Язык это фундамент культуры

Глава V. Культура

Очеловечение каждого человеческого существа происходит за счёт восприятия культуры, как обобщённого всестороннего опыта предшественников. В условиях Глобального Кризиса культура превращается в гибельную антикультуру. Для того, чтобы обнаружить возможности преодоления кризиса культуры, её надо рассматривать структурно: и как совокупное знание, и как фундаментальную подсистему общественного производства.

Необходимость выделить обсуждение понятия о культуре в специальную главу достаточно очевидна, ибо роль культуры чрезвычайно велика, а общепринятого понимания её природы нет. В этой главе понятие о культуре представлено в виде общей концепции. Детализировано лишь то, что имеет непосредственное отношение к другим разделам книги.

Выше термин «культура» уже был использован. При этом в качестве основного значения имелось в виду следующее: культура — обобщённый опыт людей, который, возрастая, передаётся из поколения в поколение. Поскольку опыт передаётся не непосредственно (из головы — в голову ), а посредством языка и других знаковых систем, данное определение культуры можно сформулировать ещё так: культура — обобщённое человеческое знание. — Для нас это определение является основным, ибо оно достаточно точно выражает самое существенное. С опорой на него более широкое и детальное определение оказывается следующим: Культура — это подсистема общественного организма , обеспечивающая производство, хранение и использование знаний. Ниже описаны отдельные компоненты культуры и как обобщённого Знания, и как подсистемы общества. Однако прежде — ряд уточнений, касающихся таких базовых понятий, как язык, психика, знак, значение, знание, опыт. Они имеют известное отношение к концепции культуры, а в контексте наших представлений — дополнительный смысл. В связи с ним их и должно уточнить.

q Язык — фундамент человеческой культуры.

Здесь и ниже имеется в виду только одно значение слова «язык», согласно которому он — то же, что устная и письменная речь, как основное средство общения.

Для того чтобы объяснить утверждение, вынесенное в заглавие рубрики, дóлжно сначала ещё раз обратиться к понятиям о психике и целом.

Во главе II психика была определена как бытие-для-себя живого существа. Оно же (бытие-для-себя) предполагает целокупность субъекта, то есть взаимосвязь его частей и их отдельное друг от друга существование. — У живых существ органом, специально предназначенным для осуществления целостности организма, является нервная система, а потому одно из её основных свойств — способность к интеграции *) и дифференциации **) нервного возбуждения . На базе этой способности субъект воспринимает собственное взаимодействие с объектом тоже и целостно (in toto, интегрально, синтетически ***) , и расчленённо (дифференцированно, аналитически ****) )

Знак и значение. — На основе помянутой выше способности мозга к интеграции и дифференциации отдельная сторона взаимодействия субъекта с объектом может представлять для него (субъекта) интегрально всё взаимодействие. В таком случае эта отдельная сторона есть знак, а всё представленное в нём взаимодействие — его значение.

Язык. Особый класс составляют знаки, используемые людьми для коммуникации *****) . В их значениях отражён не индивидуальный, а главным образом совокупный общественно-исторический опыт. Такие знаки по очевидным причинам образуют целостные знаковые системы или, иначе говоря — языки. На сей день основным языком человеческого общения является словесный, и термин « язык » употребляется в основном применительно к нему.

Реальный язык — сложная система, в которой значение каждого слова задано и ею — во всей полноте, и её связями с другими компонентами культуры. При этом сама возможность подобной интеграции обеспечена биологическим и духовным единством как людей вообще, так и конкретного народа в частности.

1. Согласно данному определению, язык с необходимостью соответствует биологическому субстрату ******) народа; его духовной организации; культуре , как системе большего порядка; и обществу — его строению. По понятным причинам такое соответствие отчасти взаимно, и состояние языка сильно влияет на состояние всего общественного организма.

2. Поскольку формирование сознания и словесного мышления обычно предполагает освоение ребёнком человеческой речи, постольку язык является фундаментальным компонентом психической организации человека и сильно определяет её.

3. а) Разнородные сообщества обнаруживают тенденцию производить обособленные языки. Причём мера обособленности в общем соответствует таковой разнородства.

б) Отдельные пласты культуры имеют свои специализированные языки.

4. Поскольку язык лежит в фундаменте психической организации человека и является основным средством трансляции культуры , постольку его разрушение неизбежно ведёт к деградации наций . В связи с тем, что такой процесс очевиден и явно подогревается, надо иметь в виду основные направления этой угрозы:

— выхолащивание значений, которое имеет место при обеднении словаря общеупотребляемых слов и упрощении речи;

— разбавление и засорение языка за счёт введения в широкое употребление слов-пустышек, в каковые естественным образом превращаются чужеродные слова (без их полноценного перевода), а также нецензурные слова, если их начинают использовать как общеупотребляемые — цензурные;

— извращение языка путём придания словам калечащих их смыслов или навязывания народу узкогруппового смысла в качестве общезначимого.

*) От лат. integer — целый.

**) От лат. differentia — разность, различие.

***) От греч. σινθεσις — соединение.

****) От греч. αναλισις — разложение.

*****) От лат. communico — делаю общим, связываю, общаюсь.

******) Субстрат (от лат. substratum — подстилка) — в контексте сочинений С. П. Семёнова: материальное как основа для идеального.

Источник

Московский государственный университет печати

Морозова С.В. и др.

Культурология. Часть 1

Учебное пособие для студентов всех специальностей

Морозова С.В. и др.
Культурология. Часть 1
Начало
Печатный оригинал
Об электронном издании
Оглавление

Под языком культуры в широком смысле понимают те средства — знаки, формы, символы, тексты, — которые позволяют людям вступать в коммуникативные связи друг с другом, ориентироваться в пространстве культуры. Язык культуры — это и универсальная форма осмысления реальности, в которую организуются вновь возникающие или уже существующие представления, восприятия, понятия, образы и прочие смысловые конструкции (носители смысла) подобного рода. Культура не может существовать без системы коммуникации, обмена информацией, согласованных представлений о тех или иных явлениях и событиях. Накопленный опыт аккумулируется в культуре с помощью разнообразных знаковых систем, которые обеспечивают его сохранение и трансляцию (передачу). Знаковые системы , или языки культуры в узком смысле, в процессе реального функционирования не существуют изолированно, сами по себе. Пространство культуры представляет собой иерархически упорядоченное единство отличных друг от друга, находящихся на разном уровне организации знаковых (языковых) структур.

В современной культурологической науке проблема языка определяется как проблема междисциплинарного характера. Трудно представить ее анализ без привлечения данных логики, философии, антропологии, лингвистики, феноменологии и других научных дисциплин, на которые опирается культурология. Однако особое место в ряду наук, изучающих языковую проблему, занимают семиотика и герменевтика.

Семи о тика (от греч. »/> — «знак», «след», «примета») — междисциплинарная наука о знаковых системах, которая позволяет культурологам, анализируя отдельные языковые системы, воспринять культуру как сложный знаковый (семиотический) механизм. По аналогии с понятием ноосф е ры , которое ввел крупнейший русский ученый-естествоиспытатель и мыслитель Владимир Иванович Вернадский (1863-1945) для обозначения этапа развития биосферы, связанного с разумной деятельностью человека, возникло понятие семиосф е ры — знакового пространства, вне которого невозможно существование культуры. У истоков семиотики в конце XIX — начале XX в. стояли американские философы Чарльз Пирс (1839-1914), Чарльз М о ррис (1901-1979) и швейцарский лингвист Фердин а нд де Сосс ю р (1857-1913). Моррис полагал, что понятие знака может оказываться столь же фундаментальным для наук о человеке, как понятие атома для физики и клетки для биологии, а де Соссюр считал семиологию частью социальной психологии, аргументируя возможность изучения культуры через язык как важнейшую из знаковых систем.

Гермен е втика (от греч. »/> — «разъяснять», «истолковывать», «комментировать») — одна из древнейших наук. В античную эпоху (у александрийских грамматиков, раннехристианских комментаторов и пр.) герменевтика, или экзег е тика , практиковалась как искусство и учение о способах истолкования текстов, первоначальный смысл которых не ясен, в силу их древности, многозначности или таинственности. В современной культурологии герменевтика представляет собой метод интерпретации культурных явлений и способ понимания субъекта культуры (т.е. человека в роли творца культуры), основанный на внутреннем человеческом опыте переживания жизни и субъективном восприятии человеком жизненной целостности. Фундамент такого подхода, именуемого философской герменевтикой, заложил еще на рубеже XIX-XX столетий В. Дильтей (см п. 1.5). Современная философская герменевтика, основателем которой считается немецкий философ Ханс-Георг Г а дамер (1900-2002), занимается интерпретацией текста, не только реконструируя, но и конструируя его смысл.

Совокупность знаков (буквы алфавита, лексические единицы, иероглифы и пр.) и набор правил их сочетания (грамматика, синтаксис) в языке культуры всегда конечны, а потому ограничены по отношению к тому многообразию явлений и смыслов, которые передаются с их помощью. Поэтому закрепление смысла в языке — означ е ние , переход смысла в значение — предполагает не только формализацию, но и метафоризацию, а также определенное искажение смысла, когда означающее не вполне соответствует означаемому. Другим важным аспектом функционирования языка культуры является понимание. При коммуникации (обмене знаками) неизбежно присутствует определенная неадекватность понимания, момент интерпретации, искажающей исходный смысл. Понимающий всегда обладает определенным представлением о понимаемом и интерпретирует воспринимаемые им знаки в соответствии со своим (порой весьма неадекватным) представлением.

На сегодняшний день сложилась общепринятая классификация языков, в основе которой — деление на естественные и искусственные языки. Естественные ( словесные, лингвистические ) языки как основное и исторически первичное средство трансляции и коммуникации (русский, французский, эстонский и т.п.) не имеют автора. Для них характерен непрерывный процесс обогащения, изменения, ассимиляции и отмирания. Изменение смысла слов и понятий может быть связано с разными факторами, в том числе социально-политическими, экономическими, материально-техническими и пр. Узконаправленное использование языка влечет активизацию некоторых его черт, создавая особый «ментальный мир»: например, язык идеологии хрущевской и брежневской поры получил наименование «деревянного языка». Словарный запас человека в среднем составляет 10-15 тысяч слов, часть из них — активные, которые человек использует в своей устной и письменной речи, другая часть — пассивные, значение которых он понимает при чтении и слуховом восприятии, но не использует сам.

Сколь ни велико значение естественного языка для человеческой жизни, но при всей своей информационной емкости и коммуникативной мощности он не может отражать и передавать всю полноту информации, которая необходима людям и обществу для коммуникации и жизнедеятельности: достаточно вспомнить хорошо знакомую каждому человеку потребность дополнять произносимые слова мимикой, жестом, интонацией, придавая словам нужные оттенки смысла. Поэтому человек создает искусственные языки — специальные языки, которые в отличие от словесных целенаправленно сконструированы для выполнения строго определенных функций. Ниже приведем некоторые примеры искусственных языков:

языки программирования и компьютерные языки, предназначенные для автоматической обработки информации с помощью ЭВМ;

информационные языки, используемые в различных системах обработки информации;

символические языки науки, предназначенные для формализации знаний и символической записи фактов и теорий математики, логики, физики, химии и пр.;

языки несуществующих народов, созданные в беллетристических или развлекательных целях; так, наиболее известен эльфийский язык, разработанный английским писателем и лингвистом Джоном Т о лкином (1892-1973), а также клингонский, вулканский и атлантский языки, придуманные американским лингвистом Марком О крандом (род. 1948) для фантастических сериалов и кинофильмов в США;

вспомогательные международные языки, создаваемые из элементов естественных языков и предлагаемые в качестве вспомогательного средства межнационального общения; наиболее известен язык Эспер а нто, созданный в 1887 г. с целью служить универсальным международным языком;

философские и логические языки, имеющие четко заданную структуру словообразования и синтаксиса;

вспомогательные жаргонные языки, предназначенные для общения и практического обихода в маргинальных сообществах (например, «блатная феня», распространенная в уголовной среде, молодежный сленг и др.).

И многие, многие другие. Таких языков существует уже более тысячи, и постоянно создаются все новые знаковые системы для расширения коммуникативных связей между людьми, для улучшения их ориентации в пространстве культуры.

Символ культуры — это условный овеществленный опознавательный знак, предназначенный для членов определенного общества или конкретной социальной группы. Символы культуры иносказательно выражают определенное содержание, которое составляет существо ценностей, норм и идеалов конкретной культуры. Символами культуры выступают предметы и вещи, природные процессы, животные и растения, сказочные существа. Как известно, культура, начинаясь с организации, с порядка, с ритуала, структурирует окружающий человека мир, и потому в ней огромную роль играют символы, знаки культуры.

Когда речь идет о символах и знаках, возникает вопрос: знак — чего? символ — чего? Такой вопрос подразумевает, что раскрыть смысл этих понятий можно, если проанализировать их отношение к чему-то третьему, к оригиналу, который может и не иметь ничего общего по своим физическим, химическим и иным свойствам с носителем отражения. Но и знак со своим значением, и символ с передаваемым через него феноменом находятся в некоторой связи, являясь результатом человеческого познания, облеченным в определенные формы.

Символ состоит из двух компонентов: знака, или метки (внешне воспринимаемой формы) и значения (интерпретации знака индивидом или множеством индивидов). Отсюда знак — это предмет (материальная вещь, явление, событие), выступающий в качестве объективного заместителя другого предмета, свойства или отношения и используемый для приобретения, хранения, переработки и передачи сообщений (информации, знаний). Это — овеществленный носитель образа предмета, ограниченный его функциональным назначением. Специфика символа как знака состоит в способности вызывать общезначимую реакцию не на сам символизируемый объект, а на тот спектр значений, который связывается с этим объектом.

Символ — одно из самых многозначных понятий в культуре. Изначальный смысл слова »/> (с греч. — «знак», «признак», «примета») — удостоверение взаимной дружбы. В этой роли в античном мире выступали половинки преломленного предмета (черепка, монеты и т.п.), которыми обменивались люди, заключившие между собой союз гостеприимства, и по предъявлении которых одна сторона оказывала гостеприимство родственникам или друзьям другой. Символ в культуре — универсальная категория, раскрывающаяся через сопоставление предметного образа и глубинного смысла. Переходя в символ, образ становится «прозрачным», смысл как бы просвечивает сквозь него. Эстетическая информация, которую несет в себе символ, обладает огромным числом степеней свободы, намного превышая возможности человеческого восприятия.

Символ как художественный иносказательный образ, а также как способ интерпретационного освоения мира широко используется в искусстве. Смысл символических образов нельзя расшифровать прямолинейно, его необходимо эмоционально пережить и прочувствовать, его нужно распознать, пользуясь сметливостью ума и проницательностью души. Способность символов передавать общечеловеческое содержание была подвергнута анализу в 30-е гг. XX в., когда стали различать символы конденсационные и референциальные. Конденсационные символы значат гораздо больше, чем обозначают, и, как правило, связаны с эмоциями участников общественно-политических процессов или религиозных движений. Референциальные символы эмоционально нейтральны и логически обоснованы. Символы второй группы общеприняты и рациональны, и именно они образуют знаковые системы современной культуры.

Известный отечественный литературовед, семиолог и культуролог Юрий Михайлович Л о тман (1922-1993) понимал символ не только как способ передачи смысла в искусственных языках науки (например, химические или математические символы), но и как выражение глубинного, сокровенного или сакрального смысла в культуре. Символы такого рода обладают большой культурно-смысловой емкостью (круг, крест и пр.). Как правило, они восходят к дописьменной эпохе и представляют собой архаические тексты, ставшие основой для всякой культуры. Таким образом, символ — это социально-культурный знак, содержание которого представляет собой идею, постигаемую интуитивно и невыразимую адекватно через вербальные (словесные) средства. Происхождение многих символов коренится в глубине тысячелетий — в архаических культурах и древних цивилизациях, органичным элементом которых и были эти символы. Символы можно рассматривать как особое средство в языке культуры, которым выражаются размышления о мире и бытии человека в нем, и которое дошло до нас от времени, когда еще не были выработаны рационально постигаемые категории, привычные для нас.

Мифологическое сознание закреплялось в таких базовых символах, которые выражали представления о происхождении и устройстве Вселенной. Например, Мировое Древо — символ, объединяющий все сферы мироздания, обозначающий ось мира, а также воплощающий идею плодородия (есть и другие мифологические воплощения столпа Вселенной, например, Космическая Гора и др.). Эти символы постепенно упрощались, принимая вид геометрических фигур и чисел. Так, Мировое Древо стали изображать в виде креста; лотос отображал Землю, которая плавает, подобно водяному цветку, по поверхности Океана; круг стал обозначать Космос; треугольник — Плодородие. И если наложить оба разнонаправленных треугольника друг на друга, то, к примеру, для индусов это будет означать объединение созидающего и порождающего начал, знак любви богов ко всему земному, а земного — к богам. Таким образом, повседневность человека в культуре наполняется символами и знаками, которые регулируют его поведение, позволяют ему отождествлять себя с определенными силами бытия, наполняют его жизнь созидательным смыслом.

Культурный код — это традиционный устойчивый способ передачи знаний о мире, а также навыков и умений в данной культурной эпохе. Под кодом вообще понимается совокупность знаков и система определенных правил, с помощью которых информация может быть представлена в виде набора этих знаков для передачи, обработки и хранения. Сам термин «код» давно нашел свое применение в вычислительной технике, связи, кибернетике, математике, генетике. Без кодирования невозможно построение искусственных языков, машинный перевод, шифровка и дешифровка текстов. В теории культуры на первое место выдвигается план содержания и понимания культурных текстов, поэтому понятие культурного кода становится весьма актуальным.

Необходимость в культурном коде возникает тогда, когда происходит переход от мира сигналов к миру смысла. Мир сигналов — это мир дискретных единиц, которые рассчитываются в битах информации, а мир смысла — это те значащие формы, которые связывают человека с миром идей, образов и ценностей данной культуры. Другими словами, код — это модель, четкие правила и устоявшиеся принципы для формирования информационного ряда, т.е. последовательности конкретных сообщений. Все коды могут быть сопоставлены между собой на базе общего кода — более простого и всеобъемлющего. Сообщение, культурный текст может открываться разным прочтениям в зависимости от используемого кода. Код позволяет проникнуть на смысловой уровень культуры, и без знания кода культурный текст окажется закрытым, не понятым, не воспринятым. Человек будет способен видеть систему знаков, но не систему значений и смыслов. Основной код культуры должен обладать следующими характеристиками: самодостаточностью для производства, трансляции и сохранения человеческой культуры, открытостью к изменениям, универсальностью. В соответствии с классификацией типов культуры выделяют: коды дописьменных культур, коды письменных культур, коды экранных культур.

Дописьменная культура охватывает огромный «доисторический» период, включающий «дикость» и «варварство» (по терминологии антропологов Л. Моргана и Э. Тайлора). Исходные основания культурного кода закладывались уже в раннепервобытную эпоху (от 1 млн до 40 тысяч лет назад). В дальнейшем каждый из его параметров наполнялся новым содержанием, а главное — между ними устанавливались связи, «включавшие» в работу культурный код, который всякий раз обеспечивал новый уровень самоорганизации культуры. В дописьменных культурах доминантным кодом был мифологический культурный код: в первобытном обществе миф был не только способом понимания жизни, но и способом ее переживания — как в предметных, так и в знаковых формах.

Во многих дописьменных культурах важнейшим культурным кодом выступала система имен. Имя служило определенной инструкцией, или книгой, которая передавалась старейшинами носителю имени. Для первобытного человека связь между именем и обозначаемой вещью (лицом) не была произвольной или идеальной ассоциацией, а вполне реальной, материально ощутимой действительностью. Манипуляции с предметами были для человека равносильны действиям со словами, а потому имя составляло существенную часть его самого. В представлении первобытных людей личные имена необходимо оберегать и хранить в тайне, поскольку враг через имя может магически воздействовать на его носителя. Было весьма распространено явление, когда каждый соплеменник (мужчина, женщина или ребенок), кроме имени, которое употреблялось в житейском обиходе, имел еще и тайные имена, известные старейшинам и посвященным. Тот же обычай сохранился и в более поздние времена, например в Древнем Египте. У египтян было два имени: истинное и доброе. Первое хранилось в глубочайшей тайне, второе было известно всем. В Древней Индии ребенок из касты брахм а нов получал при рождении два имени. Такая информационная блокада имени (табу на имена) связана с тем, что имя обладало существенной социокультурной значимостью, отражало положение человека в обществе. В дописьменных культурах система имен представляла собой механизм кодирования и обновления культуры, когда имя — это сама информация, а не этикетка. Считалось, что произнесение имени играло роль запускающего энергетического механизма, посредством которого было возможно осуществлять реальные манипуляции с предметом или лицом.

Коды письменных культур формируются с рубежа IV-III тысячелетий до н.э. (Древний Египет и Месопотамия) и существуют до настоящего времени. Эти коды в различных локальных культурах обладают исторически конкретными и разнообразными формами. Таких форм — огромное множество, и требуется большая работа по выявлению и описанию кодов, действующих в отдельных локальных культурах. Принципиальное значение при характеристике кодов письменных культур имеет тот факт, что под воздействием социальных преобразований идущий из первобытности мифологический культурный код с его тождеством предметности, знаковости и идеальности неуклонно разрушается. При этом каждый его параметр обретает форму самостоятельного социокультурного образования, и его обособленное функционирование осуществляется различными социальными группами.

Новый, верб а льный (словесный, письменный) культурный код в отличие от кода мифологического, который воспроизводился только в ритуальных действиях, имеет ясную форму своего выражения. Его содержание, как правило, заключено в так называемых священных книгах: египетской «Книге мертвых», древнееврейском «Ветхом Завете», персидской «Ав е сте», древнеиндийских «В е дах» и т.д. В них собраны не только законы и правила, предписывающие человеку определенное поведение в отношении к людям, миру, богу (богам), но и осмысленные определенным образом исторические события, характеризующие прошлое того или иного народа. Таким образом, в культурный код включается история, а значит прошлое — давнее и недавнее — становится рядом, составляет картину жизни одного народа. Эти события оказываются связанными в единое осмысленное целое столь же прочно, как само это время связано со своим богом (богами). В письменном тексте вместо магии ритуала выступает магия слов. Слова сакр а льных (священных) текстов в устах жрецов и посвященных выступают как символы недоступных другим смыслов, в которых хранятся тайны всего сущего — божественного и вечного.

Трансформация вербального культурного кода в Европе начинается со второй половины XV в., что прежде всего было связано с изобретением книгопечатания. Печатные книги открывали новые возможности для массового отражения в коде культурной памяти происходящих социальных перемен. Одной из таких значимых перемен стала десакрализация Библии, произошедшая в результате перевода ее с сакрального латинского на немецкий, английский и другие языки, что позволило превратить текст для посвященных в доступную всем грамотным людям книгу. Значительное влияние на формирование нового культурного кода оказала наука. Ее результат — достоверное, экспериментально проверяемое, рациональное знание — внедрялся в механизм культурной памяти и перестраивал ее. В XVII-XIX вв. в основание культурного кода Западной Европы ложатся такие знаки, как установленный факт, научная теория, а также эмпир и ческие (опытно проверяемые) способы практического преобразования природы и общества.

В XX в. начинают формироваться коды экранной культуры, по-новому организующие взаимодействие основных компонентов культурного кода. Предметность, которая до этого была направлена на освоение природы, практически полностью замыкается на «вторичную предметность» — компьютеры, информационные системы связи, информационные банки и т.д. Знаковость также существенно расширяет область своего действия: слово, модель, символ на экране реализуются по-новому, давая простор творческой деятельности в поисках знака-изображения. Идеальность в экранной культуре также существенно обновляется. Для нового мышления характерно сращивание логического и образного, синтез понятийного и наглядного, актуализация «интеллектуальной образности» и чувственного моделирования.

Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика / Р. Барт. — М.: Прогресс, 1994.

Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества / М.М. Бахтин. — М.: Искусство, 1986.

Белый А. Символизм как миропонимание / А. Белый. — М.: Республика, 1994.

Библер B.C. Культура. Диалог культур / B.C. Библер // Вопросы философии. — 1989. — № 6. — С. 31-42.

Гадамер Г.-Г. Актуальность прекрасного / Г.-Г. Гадамер. — М.: Искусство, 1991.

Ермишина Н.Д., Михайлов А.Н. Культурология: учеб. пособие для студентов МЭИ (ТУ) / Н.Д. Ермишина, А.Н. Михайлов. — М.: Изд-во МЭИ, 2006. — С. 46-58.

Лакан Ж. Функция и поле речи и языка в психоанализе / Ж. Лакан. — М.: Гнозис, 1995.

Лотман Ю.М. О семиотическом механизме культуры // Его же. Избранные статьи. Т. 3 / Ю.М. Лотман. — Таллинн: Александра, 1993. —
С. 326-344.

Трубецкой Н.С. История. Культура. Язык / Н.С. Трубецкой. — М.: Прогресс, 1995.

Фуко М. Слова и вещи: Археология гуманитарных наук / М. Фуко. — СПб.: A-cad, 1994.

Юнг К.Г. Архетип и символ / К.Г. Юнг. — М.: Ренессанс, 1991.

Языки науки — языки искусства: сб. ст. / под ред. З.Е. Журавлевой и др. — М.: Прогресс, 2000.

© Центр дистанционного образования МГУП

Источник

Читайте также:  Размер мелкозаглубленного фундамента каркасных домов

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Строительство и ремонт © 2021
Внимание! Информация, опубликованная на сайте, носит исключительно ознакомительный характер и не является рекомендацией к применению.